Что курили козаки

[kazantip]

Ой на горі та женці жнуть, А попід горою, яром-долиною Козаки йдуть! Гей, долиною, гей широкою козаки йдуть! Гей, вернися, Сагайдачний, Візьми свою жінку, віддай тютюн-люльку, Необачний! Мені з жінкою не возиться, А тютюн та люлька козаку в дорозі Знадобиться! Гей, хто в лісі, одзовися! Викрешемо вогню та запалим люльки, Не журися!

Что курили козаки когда не было табака? Ну просто еще не завезли его в Европу из Америки, еще Колумб не родился, а люльки, как утверждают археологи, с конца XV века в Украине уже были.
Люлька для козака была дороже жизни! Вспомним Гоголевского Тараса Бульбу «вдруг среди самого бегу остановился Тарас и вскрикнул: "Стой! выпала люлька с табаком; не хочу, чтобы и люлька досталась вражьим ляхам!"». И погиб славный Тарасе но люльку врагу не отдал!
А пан Данило из Страшной мести «Козак, слава богу, ни чертей, ни ксендзов не боится. Много было бы проку, если бы мы стали слушаться жен. Не так ли, хлопцы? наша жена - люлька да острая сабля!»
Яворницкий в своей «Истории запорожских Козаков» пишет:
«У запорожцев кроме того, что каждый козак имел у себя люльку, а то была еще «обчеська» люлька, очень больших размеров, обсаженная монистами, дорогими камнями, разными бляхами, иногда исписанная надписями вроде «козацька люлька – добра думка»; и с такой люльки потягивало целое общество или собрание, когда обдумывало какое–нибудь предприятие или замышляло против кого–нибудь поход.» Это прямо «трубка мира» американских индейцев.
Ни где, ни в каком другом фольклоре нет такого почитания курительной трубки как в украинском.
В чем причина? Что же такое курили наши славные запорожцы, если и жизнь без люльки им была не дорога? Вы скажете как что, ну понятно табак! Что–же еще?
Не все так просто панове. Табак козаки нюхали!

Вот у того–же славного Гоголя, с 200 летием Вас, Николай Васильевич, в любимой всеми нами сказочке «Ночь перед рождеством» Чуб с Кумом разговаривают:
«– Чудно, право! А дай понюхать табаку. У тебя, кум, славный табак! Где ты берешь его?
– Кой черт, славный!– отвечал кум, закрывая березовую тавлинку, исколотую узорами.
– Старая курица не чихнет!
– Я помню, – продолжал все так же Чуб, – мне покойный шинкарь Зозуля раз привез табаку из Нежина. Эх, табак был! добрый табак был!».
Причем нюхали смесь табака и душистых и лекарственных трав.
Вот например известный «панич» , не сам Гоголь ли – «Не говоря ни слова, встал он с места, расставил ноги свои посереди комнаты, нагнул голову немного вперед, засунул руку в задний карман горохового кафтана своего, вытащил круглую под лаком табакерку, щелкнул пальцем по намалеванной роже какого-то бусурманского генерала и, захвативши немалую порцию табаку, растертого с золою и листьями любистка, поднес ее коромыслом к носу и вытянул носом на лету всю кучку, не дотронувшись даже до большого пальца.» Любисток это травянистое растение рода Levisticum традиционно для Южной Европы, где его листья и стебли употребляли в пищу еще в античные времена.
Ну что-же, поищем тогда в истории, что–же курили предки козаков, наши с вами предки.
У кого–же спросить, если не у Геродота, отца истории. Две с половиной тысячи лет назад он целую книгу в своей «Истории» (книга IV «Мельпомена») посвятил нашим предкам – скифам, или как они сами себя называли сколоты.
Геродот пишет:
«В Скифской земле произрастает конопля — растение, очень похожее на лен, но гораздо толще и крупнее. Взяв это конопляное семя, скифы подлезают под войлочную юрту и затем бросают его на раскаленные камни. От этого поднимается такой сильный дым и пар, что никакая эллинская паровая баня не сравнится с такой баней. Наслаждаясь ею, скифы громко вопят от удовольствия.»
Вот это уже ближе к истине. Спасибо вам пане Геродот.
Теперь все становится на свои места.
За две тысячи лет совершенствования громоздкое сооружение в виде войлочной палатки и раскаленных камней превратилось в компактную курительную трубку, незаменимую в любом походе.
Теперь понятно почему люлька была козаку дороже самой жизни!

Гей, наливайте повнії чари,
Щоб через вінця лилося,
Щоб наша доля нас не цуралась,
Щоб краще в світі жилося!
Вдармо ж об землю лихом-журбою,
Щоб стало всім веселіше.
Вип'єм за щастя, вип'єм за долю,
Вип'єм за все, що миліше!
Пиймо ж, панове, пиймо братове,
Пиймо, ще поки нам п'ється,
Поки недоля нас не спіткала,
Поки ще лихо сміється.